216 x 132 см. Дерево, масло. Маньеризм. Италия. Флоренция. ГалереяУффици. Художник умышленно придал Мадонне, младенцу и находящимся рядом ангелам преувеличенно удлиненные черты отсюда и закрепившееся за картиной название. Пармиджанино унаследовал от художников XV века таких как Рафаэль и Перуджино статичную гармонию, но внес и свои композиции движение и вибрацию. Эта тенденция часто называется маньеризмом, благодаря ее сознательной стилизации и отказу от уравновешенных пропорций ренессанснойживописи. Изящные картины Пармиджанино служат примером раннего маньеризма. Многофигурным сценам художник предпочитал композиции с изображением лишь нескольких фигур, подчеркнуто грациозных и томных. Родившийся к Парме откуда и происходит его имя Пармиджанино почти всю жизнь провел в своем родном городе. Однако представленная здесь картина написана после пребывания художника в Риме, где он изучал работы Рафаэля и других мастеров.
Рейтинг: 5 / 1 голос
Пожалуйста, оцените это изображение
Комментарии
+1#Описание картины «Мадонна с длинной шеей» —
Пармиджанино Франческо11.02.2016 19:25
Описание картины Франческо Пармиджанино: Мадонна с длинной шеей. «Мадонна с длинной шеей» далека как от академизма, так и от канонов иконописи. Фактически, она выступает против всех канонов. На ней Мария держит на руках младенца спящего младенца Христа, но цвет его тела и то, насколько расслабленно оно выгибается выглядит так, словно младенец мертв или же спит летаргическим снов. Это было сделано намеренно, намеком на будущую смерть — тему, которая не обходит ни одно изображение Марии и младенца. Богородица одета в неожиданно богатые одежды. Светлые волосы её убраны жемчугом и золотом, лицо выражает не растерянность и не тоску по будущим страданиям, а удовольствие. Мария молода и на руках у неё спит её ребенок — то, что не радует её на иконах, здесь является достаточным поводом для радости. Рядом с ней толпа молоденьких юношей и девушек, одна из них держит в руках сосуд — алхимический символ начала всего, зачатия, что объединяет на картине жизнь и смерть. Слева от Марии поет хвалу непорочному зачатию святой Иероним, колонны уходят вверх, не поддерживая ничего, добавляя картине сюрреализма. Также удивляет то, как изображены все действующие лица. Пармиджанино изображал человеческие головы с большим наслаждением и не меньшим умением. Лица, пусть и кажутся чуть удлиненными, выглядят соразмерными и красивыми. Однако, ему казалось, что удлиненность тел и членов также показывает на красоту, потому картина несет на себе печать сюрреализма, которую добавляют в неё длинная шея Мадонны, уходящие в никуда руки и ноги остальных, теряющаяся в вышине колонна и странная несоразмерность фигуры Иеронима — он выглядит очень маленьким, хотя стоит не слишком далеко. Занятно также то, что удлиненность всего и уходящая в никуда колонна есть лишь символ вечного стремления человечества к совершенству — и вечная недостижимость его.
Комментарии
«Мадонна с длинной шеей» далека как от академизма, так и от канонов иконописи. Фактически, она выступает против всех канонов. На ней Мария держит на руках младенца спящего младенца Христа, но цвет его тела и то, насколько расслабленно оно выгибается выглядит так, словно младенец мертв или же спит летаргическим снов. Это было сделано намеренно, намеком на будущую смерть — тему, которая не обходит ни одно изображение Марии и младенца. Богородица одета в неожиданно богатые одежды.
Светлые волосы её убраны жемчугом и золотом, лицо выражает не растерянность и не тоску по будущим страданиям, а удовольствие. Мария молода и на руках у неё спит её ребенок — то, что не радует её на иконах, здесь является достаточным поводом для радости. Рядом с ней толпа молоденьких юношей и девушек, одна из них держит в руках сосуд — алхимический символ начала всего, зачатия, что объединяет на картине жизнь и смерть. Слева от Марии поет хвалу непорочному зачатию святой Иероним, колонны уходят вверх, не поддерживая ничего, добавляя картине сюрреализма.
Также удивляет то, как изображены все действующие лица. Пармиджанино изображал человеческие головы с большим наслаждением и не меньшим умением. Лица, пусть и кажутся чуть удлиненными, выглядят соразмерными и красивыми.
Однако, ему казалось, что удлиненность тел и членов также показывает на красоту, потому картина несет на себе печать сюрреализма, которую добавляют в неё длинная шея Мадонны, уходящие в никуда руки и ноги остальных, теряющаяся в вышине колонна и странная несоразмерность фигуры Иеронима — он выглядит очень маленьким, хотя стоит не слишком далеко.
Занятно также то, что удлиненность всего и уходящая в никуда колонна есть лишь символ вечного стремления человечества к совершенству — и вечная недостижимость его.